Рубрика: Книги

  • Некрасов. «Кому на Руси жить хорошо?»

    Интересно присутствует ли в школьной программе «Кому на Руси жить хорошо?»? Если даже в относительно благополучные для российской деревни застойные годы аналогии с современным временем и некрасовским текстом напрашивалисб, то думается сейчас некоторые строки выглядят чуть ли не как репортж. Написал сейчас и вспомнил как один знакомец в начале 90х фактически купил колхоз где-то на Кубани. И столнулся с тем, что буквально стал барином, который рассудит.

    ЗЫ Грустно как-то стало. Хотел о произведении порассуждать, а вышло нечто за политику 🙁

  • «Кровь и пот», главные герои.

    Трилогия Абдижамила Нурпеисова едва ли не моё самое любимое литературное произведение. Я уже писал о нём, но вот решил ещё раз высказаться. Поводом послужил поисковый запрос «главные герои трилогии «Кровь и пот»», по которому кто-то нашёл мой блог. Текст запроса заставил задуматься, а возможно ли чётко выделить главных и второстепенных героев. На мой взгляд, автор настолько детально и главное с любовью рисует образы, тем самым не давая даже произвести вышеупомянутое разделение по «техническому» принципу. В любом эпизоде нет ни одного персонажа, который присутствовал бы «для мебели».

    ЗЫ В общем, господа школяры, не ленитесь и прочитайте это действительно великое произведение.

  • Юрий Нагибин. Жизнь с фигой в кармане.

    С детства люблю всяческие мемуары, воспоминания современников и т.п. В последнее время и на тв довольно часто идут документальные фильмы о писателях и поэтах. Вот и вчера прошёл фильм об Юрии Нагибине, приуроченный к отмечаемому завтра девяностолетию со дня рождения. Лучше б не смотрел. Авторы что-то там рассуждали о трагической судьбе талантливого писателя, вынужденного всю жизнь жить двойной жизнью. Мне такая жизненная позиция глубоко несимпатична.

    ЗЫ Кстати во всех таких передачах меня прямо-таки умиляет как авторы рассказывают о многочисленных браках (романах и интрижках) героев повествования. Например, Х безумно любил свою вторую жену, но когда он встретил Y; он с ещё большей страстью (лет в семьдесят) увлёкся ею.

  • Азимов. «Конец вечности»

    Лето 1986 года. Я в Алма-Ате. Приехал я туда в составе делегации отличников и хорошистов нашей школы. Ближе к вечеру в первый день кто-то прибежал с радостным воплем: «Я Азимова купил!». Кто такой Азимов я не знал, но как нормальный советский человек вместе со всеми сбегал и купил дефицит. Эта книжка называлась «Конец вечности». В общем всю ночь мы читали. Понравилось не всем, но меня Азимов впечатлил, в первую очередь «масштабностью» описания — сотня веков вперёд, сотня веков назад. При этом нисколько не страдала детальность. Юноша я тогда был впечатлительный, и помнится от книжки даже поплохело: все эти сотни веков неожиданно, может быть впервые заставили осознать бренность сущего.

    ЗЫ Видно сильно меня «Конец вечности» тогда загрузил. несколько раз пытался перечесть, но так и не смог себя заставить.

  • Перепутал.

    Недавно позорно перепутал «Филиппка» с «Нахалёнком». Как так вышло не пойму, ведь оба рассказа очень хорошо помню, наверное даже смогу некоторые части процитировать очень близко к тексту. Самое главное: и путать тут то нечего, ситуации слишком разные лежат в основе сюжетов.

  • Луначарский, «Статьи о литературе»

    Не знаю в каком объёме изучают ныне старшеклассники литературу первых 20 лет Советской власти. Вряд ли особенно много. Даже в мою школьную пору (конец 80-х) много чего не рассматривалось в курсе литературы, хотя уже вовсю на дворе была перестройка, гласность и иже с ними. Именно поэтому мне с огромным удовольствием прочитался и очень хорошо запомнился двухтомник литературоведческих статей Луначарского о советской литературе того периода. После унылых текстов школьных хрестоматий статьи из сборника просто поразили темпераментом, живостью и обилием интересных фактов из жизни писателей и поэтов, о которых рассуждал автор. Буквально сейчас вспомнил, что были там и статьи, посвящённые классикам русской литературы.

    ЗЫ Попадись мне этот труд тремя годами ранее, глядишь и не пошёл бы я в математики.

  • Фазиль Искандер. «Созвездие Козлотура»

    Сильно не люблю, прямо-таки ненавижу большее из того, что публиковалось в конце 80-х. Все эти обличители застоя уж очень перебарщивали, описывая недавнее прошлое. «Созвездие Козлотура» — одно из немногих счастливых исключений. Всё по правде, но не зло. Плюс местный колорит, что всегда хорошо получается у Искандера.

  • Сабит Муканов.

    У грузинского народа есть целая плеяда литераторов для идентификации которых не требуется фамилии. Например, если Александр, то это — Александр Чавчавадзе. Нечто подобное на мой взгляд есть и у казахов. Так например Сабит для казахов прежде всего —  это Сабит Муканов. Сейчас многие советские авторы не интересны современному читателю, но думаю что к Муканову это не относится. Объясняю это для себя тем, что творения Сабита хотя и несут отпечаток своего времени, являются глубоко народными (уж извините если эпитет показался вам слишком напыщенным). Из всего что он написал особенно люблю «Промелькнувший метеор», «Ботагоз» и конечно «Школу жизни». Расписывать их я тут не буду, но настоятельно рекомендую.

    upd. Вспомнил как Шухов описывает свою первую встречу с Сабитом и Габитом. Тогда все трое были детьми. Встретились на ярмарке. Стали играть в асыки. Кульминацией игры стал момент когда Сабит убежал, захватив всю кучу асыков:)

  • Кир Булычёв «Подземная лодка»

    Прослушал. Я в затруднении. Что это было? Изощрённый стёб, графоманство или и вовсе просто чушь? Если это таки стёб, то советую прочитать самое забойное место, главу «Кузнец Сергей Иванович».

  • Хайнлайн. «Пасынки вселенной»

    Книги стоит перечитывать. Хотя бы для того, чтобы узнать новое о себе. Впервые «Пасынков» прочитал лет двадцать назад ещё студентом. Особого восторга тогда не испытал. Собственно восторга не случилось и сейчас. Фэнтези как фэнтези: интересное начало, динамичное продолжение и, увы, скомканный конец. И вот что озадачило: тогда, двадцать лет назад я совершенно не заметил, что в книге напрочь отсутствуют женщины. Лишь в самом начале вскользь упоминается девушка — кандидат в невесты и в последних десяти страницах появляются три женщины, с которыми автор особо не церемонится: главные герои пинками загоняют их в шлюпку и снова пинками выгоняют на поверхность планеты.

    ЗЫ Странный был дядька Хайнлайн.